В Нью-Гэмпшире построили утопию без законов и налогов: ее разрушили мечтатели и медведи - ForumDaily
The article has been automatically translated into English by Google Translate from Russian and has not been edited.
Переклад цього матеріалу українською мовою з російської було автоматично здійснено сервісом Google Translate, без подальшого редагування тексту.
Bu məqalə Google Translate servisi vasitəsi ilə avtomatik olaraq rus dilindən azərbaycan dilinə tərcümə olunmuşdur. Bundan sonra mətn redaktə edilməmişdir.

В Нью-Гэмпшире построили утопию без законов и налогов: ее разрушили мечтатели и медведи

История американского города Графтон насчитывает более двух веков. Его жители отличались особой ненавистью к уплате налогов, что привлекло к нему внимание современных либертарианцев. Они решили построить в Графтоне идеальное анархо-капиталистическое общество без излишних регуляций. Но они не учли, что рядом всегда будут черные медведи, пишет «Лента.ру».

Фото: Shutterstock

Это история о том, как группа мечтателей убила город, существовавший два с половиной столетия, чуть более чем за пятнадцать лет. И, конечно, о медведях.

Трейси

Трейси Колберн вернулась с работы вечером уставшая. Она решила, что, прежде чем свалиться и уснуть без задних ног, нужно покормить собаку. Поэтому начала разогревать мясное рагу. Когда собака попросилась на улицу, женщина решила выпустить ее. Но, открыв дверь, она обнаружила на своем небольшом крыльце трех медведей. Прежде чем Трейси смогла что-то сделать, ее пес Кай выбежал на крыльцо и сразу же набросился на самое крупное животное. Завязалась потасовка, в которой медведь и собака скатились с крыльца по ступенькам. Дикое животное пыталось ударить Кая лапой, а тот ловко уворачивался и кусал его за зад.

Женщина знала, что обычно медведи боятся громкого крика, и потому заорала что есть мочи. В обычной ситуации это, возможно, и помогло бы, но у медведя не было альтернативы: сзади был кусачий пес, а впереди — Трейси. Животное бросилось на нее. Трейси подняла руки, защищаясь, и медведь одним мощным ударом когтистой лапы раскроил ей одну из рук и сильно поцарапал бок. Женщина упала в сторону двери, и та захлопнулась за ней, оставив один на один с разъяренным хищником.

Дальше все происходило как в замедленной съемке, но вот, наконец, медведь убегает в лес, преследуемый псом. Кай вернулся, радостно виляя хвостом, гордый за совершенный им подвиг. Настроение Трейси было далеко не радостное. Она потеряла много крови и определенно не могла ждать до утра.

Одна из отличительных особенностей города Графтон, в котором разворачивались эти события, заключалась в том, что в нем не было мобильной связи. Поэтому женщине оставалось только доковылять до машины и сесть за руль. Уехать ей не удалось, поскольку автомобиль был оснащен механической коробкой передач, а ее правая рука разорвана в клочья. Единственное, что оставалось — давить левой рукой на сигнал, надеясь, что кто-нибудь, проходящий или проезжающий мимо, заметит ее.

Истоки

История Графтона и популяции черных медведей штата Нью-Гэмпшир идут рука об руку. Когда сюда в конце XVIII века пришли первые колонисты, животные восприняли это событие с определенным энтузиазмом. Они с интересом наблюдали, как белые обезьяны жарят куски говядины на огне, а когда становились особо голодны, были не против полакомиться и говядиной, и самими белыми обезьянами. Животные это делали не раз, а люди отвечали насилием, однако ни та, ни другая сторона не выигрывала.

Британской короне на Графтон и медведей было наплевать, зато не было наплевать на налоги, которые жители города обязаны были платить в казну. Поэтому революцию колонисты встретили с энтузиазмом, не ожидая, конечно, что новая власть избавит их от медведей, зато считая, что уж налоги-то точно платить не придется.

Их ожидания не оправдались, и возмущенные графтонцы стали писать прошения к федеральным властям, смысл которых сводился к двум тезисам: «мы не хотим платить налоги, потому что нам очень трудно жить» и «мы не будем платить налоги». И не платили. Более того, в 1781 году тогда независимый штат Вермонт пригласил их под свое крыло, обещая не заикаться о налогообложении. Горожане с радостью проголосовали об отсоединении от Нью-Гэмпшира.

Точку в этом вопросе поставил Джордж Вашингтон, до которого дошли вести о том, что творится. Он заявил, что «приостановит борьбу с общим врагом [Британской империей]» и повернет все свои силы, чтобы «сравнять этот штат с землей». Графтону пришлось дать заднюю, однако желание не платить налоги оставалось особенностью графтонцев на протяжении всей истории.

По теме: В зоопарке медведи загрызли смотрителя на глазах у туристов

Вилларибо и Виллабаджо

Соседний городок Канаан был практически в той же ситуации, что и Графтон. Не сказать чтобы в Канаане очень любили налоги, однако горожане и местные власти так или иначе сделали свой выбор. Они решили, что публичная инфраструктура — вещь нужная, и тратили деньги из городского бюджета на ее создание. В Графтоне поступали наоборот. В «тучный» 1881 год городское собрание проголосовало за полную отмену уплаты налогов резидентами.

Тем не менее все почему-то пошло не по тому пути, который они видели перед собой. В городе до 1930-х годов не было ни пожарных, ни пожарной станции, несмотря на то что графтонцы регулярно гибли в огне. Не было и полицейского участка, и стражам порядка приходилось проводить допросы у себя дома. И стоит отметить, что всего этого не было именно благодаря волеизъявлению графтонцев, которые с завидным упорством голосовали против любых трат из муниципального бюджета. Новых жителей извне отсутствие инфраструктуры тоже не привлекало.

К 2010 году выяснилось, что, оказывается, муниципальный налог в двух поселениях не сильно отличается: владелец дома стоимостью 150 тысяч долларов платил 930 долларов в год в Канаане и 673 доллара в Графтоне. Ведь, несмотря на существенно большие расходы на публичную инфраструктуру, канаанское население было больше графтонского и имело в распоряжении начальную школу, несколько церквей, ресторанчиков, банков, магазин подарков, две пекарни и так далее.

Утопия и «битвы бомжей»

Но в начале 2000-х годов люди, которым подход графтонцев пришелся по душе, нашлись. Это были четверо новых поселенцев: Джон Бабиарж, Тим Кондон, Ларри Пендарвис и Боб Халл. Все они являлись приверженцами либертарианской идеологии, описанной Айн Рэнд в романе «Атлант расправил плечи». Все они мечтали об обществе, в котором нет практически никаких регуляций и налогов, всем повелевает «невидимая рука рынка», а индивидуальные побуждения личности всегда превыше общественных. Именно такое общество они собирались строить в Графтоне, который был выбран ими по очевидным причинам. Это было начало проекта «Свободный город».

Если бы все пошло, как было запланировано, в поселение хлынули бы сотни их единомышленников, которые, — объединив силы путем демократических выборов, — смогли бы отменить кучу глупых и ненужных регуляций, порабощающих простых людей (примерно так описывал инициативу Пендарвис на одном из либертарианских форумов в интернете).

В числе неотъемлемых прав активист перечислял возможность иметь больше двух неработающих автомобилей на своей частной территории, право устраивать азартные игры, право учеников прогуливать уроки в школе, право перевозить наркотики и заниматься инцестом. Либертарианец также требовал разрешить перевозку человеческих органов, дуэли и, наконец, «битвы бомжей» — когда два гражданина могли бы дать деньги бездомным, чтобы те подрались друг с другом. И, конечно же, каннибализм.

Поначалу местные восприняли новопришедших положительно — в целом образ мышления у них был общий: и те, и другие не любили налоги. Однако очень скоро выяснилось, что бурная деятельность по созданию в Графтоне ячейки либертарианской партии пришлась графтонцам не по вкусу, а дикие заявления о каннибализме, дуэлях и драках бездомных еще больше отвратили их от пришельцев. Получив жесткий отпор от горожан, зачинатели проекта «Свободного города» не отчаялись. Они лишь решили, что на встречи, на которых они пытались проталкивать свою идеологию, приходили только их противники. А ведь наверняка большинство, поддерживающее их инициативу, просто сидит дома и ждет, когда все наладится.

Было решено остаться в Графтоне, а не искать лучшее место для проекта. Так в город, воодушевленные призывом, который четверка основателей инициативы оставила в онлайне, потек ручеек либертарианцев. Некоторые из них приезжали с деньгами и семьями, готовые купить дом и обустроиться. Но по какой-то причине большинство из них оказались одинокими мужчинами без гроша в кармане. Они оседали на отшибе города, на стоянке трейлеров, в палатках и кабинах своих домов на колесах. Среди них, впрочем, были не только либертарианцы — тут жили и «препперы» (люди, готовящиеся выживать после апокалипсиса), и коммуно-анархисты, и бог знает кто еще.

Всю эту пеструю компанию объединяла любовь к абсолютной свободе и ненависть к государству. Борьба с регуляциями в Графтоне развернулась нешуточная — хотя, казалось бы, куда уж дальше. Либертарианцы требовали признать их право загаживать свою собственность как и чем им заблагорассудится, разводить костры в пожароопасной зоне — опять же, если это их собственность — и вообще творить все, что душе угодно. К тому же многие из них повадились носить оружие напоказ, нервируя местных. Нельзя сказать, что в городе можно было кого-то удивить пистолетом, ружьем или даже пулеметом. Однако негласный кодекс графтонца не позволял бравировать им. Оружие было предназначено для утилитарных целей. Если придет медведь, человеку нужно было иметь при себе то, чем можно дать ответ животному, если у него возникнут внезапные претензии.

 

Либертарианцы судились по любому поводу — а поводов было полно. Они верили, что все идет более-менее хорошо, надо просто добиться еще большей свободы, для чего необходимо избавиться от последних регуляций. Но среди них были и люди, которые пытались образумить особо экстремально настроенных индивидов.

Одним из них был Джон Бабиарж. В первые годы, когда обслуживать единственный в городе пожарный автомобиль стало некому, он стал графтонским пожарным. Более того, однажды он приехал на вызов к одному из своих соратников и залил водой костер, который тот жег в неположенном месте несмотря на засушливую погоду. Это было неслыханно, и сообщество анархо-капиталистов начало ощутимо трещать по швам.

По теме: Агрессивный медведь ворвался в дом в Колорадо: он терроризирует округу уже несколько лет

Доброта и глупость Пончиковой леди

В то время как любители свободы пытались слепить из Графтона свою утопию, медведи смекнули, что мечты народные действительно сбылись — только для них, а не для людей. Если поначалу новые поселенцы не замечали их, то постепенно присутствие медведей становилось все более заметным. Они начали копаться в мусорных баках и в помойке трейлерной стоянки, разорять ульи и слизывать жир с грилей, стоящих на задних дворах домов. К тому же они полюбили кошек — не гладить, а есть.

В то время случилась засуха, которая, кстати, отразилась и на медведях. Еды стало мало, а значит, звери начали еще более тщательно искать ее у людей. Одна либертарианка, кормившая птиц семенами подсолнечника, обнаружила, что мишки разоряют кормушки. Однажды она увидела медведя в своем дворе — он был очень тощий и изможденный.

Так женщина, которую многие впоследствии знали по прозвищу Пончиковая леди, стала выносить еще одно ведро зерна и для этих животных. Но те очень быстро расправлялись с ним, и поэтому вскоре она стала выставлять два, три, четыре ведра. Звери хотели есть, и Пончиковая леди не могла им отказать. Она добавляла в ведра с зерном еще и пару десятков дешевых пончиков — за что и заслужила прозвище. Неудивительно, что медведи стали дневать и ночевать у кормушек.

Намеренно кормили медведей и другие либертарианцы. Когда федеральная Служба охраны рыболовных ресурсов и диких животных США оштрафовала человека по имени Чарли Вандергоу на 20 тысяч долларов за подкармливание зверей, либертарианцы возмутились.

«Они не думают о защите зверей, они существуют только для того, чтобы штрафовать людей, которые любят животных», — сказал тогда один из них.

Первое, что пришло в голову «препперам» и прочим обитателям палаточного городка, — это установить возле помойки, куда они сваливали мусор, плакат «Медведям ходить запрещено». Вряд ли медведи умели читать, но чем черт не шутит. Впрочем, плакат помог поднять дух в лагере. Многие «выживальщики» запаслись пистолетами крупного калибра и, смотря на надпись, убеждали себя в том, что это не они находятся на территории медведей, а медведи — на их земле.

Стрельба в лесу

Трейси Колберн стала первой в Графтоне жертвой нападения медведя за сто лет. В последующие недели и месяцы и коренные графтонцы, и жители «Свободного города» занимались поисками виновных.

Тем временем город, структуры власти которого либертарианцы почти полностью лишили финансирования, погружался в пучину хаоса. Участились попытки краж со взломом, а также провоза и употребления наркотиков. Вскоре в Графтоне было совершено первое за долгое время убийство. Пончиковая леди и другие либертарианцы продолжали подкармливать медведей, и с их популяцией определенно нужно было что-то делать. Несколько охотников тогда собрались и провели нелегальный рейд по берлогам. Но это помогло ненадолго.

Вам может быть интересно: главные новости Нью-Йорка, истории наших иммигрантов и полезные советы о жизни в Большом Яблоке – читайте все это на ForumDaily New York

Медведи вскоре вернулись, а вот число либертарианцев сильно поубавилось. Трейси Колберн, которую спас проезжавший мимо Джон Бабиарж, услышавший, как та жала здоровой рукой на сигнал, уехала из города сразу же, как зажили ее раны. Вслед за ней потянулись остальные. Не все дожили до настоящего времени. Кого-то застрелили, вспылив в споре, кто-то сгорел в своем доме, не дождавшись пожарных из Канаана, а Боб Халл, один из первых поселенцев, умер от рака.

Печальная судьба постигла и эксцентричного пастора-либертарианца Джона Коннела, купившего за бесценок церковь у методистов. Долгое время он отказывался платить налоги на нее — и он мог бы это делать с чистой совестью, подав в Налоговое управление США прошение о признании церкви некоммерческой организацией. Однако новый пастор не мог себе это позволить, так как считал, что сделки с органами власти недопустимы. Помещение уже почти забрали за долги, но отсутствие пожарной службы сыграло дурную шутку: церковь сгорела вместе с ним за несколько дней до установленного для него срока выселения.

Конец сказки

Все это сыграло свою роль, но еще больше на смерть проекта «Свободного города» повлиял новый проект «Свободного штата». Если раньше Графтон привлекал всех, кто хотел почувствовать себя атлантом, расправившим плечи, то теперь благодаря другим либертарианским активистам им стал весь штат Нью-Гэмпшир.

Одним из новых мест притяжения либертарианцев стал город Кин, муниципальный налог на недвижимость в котором был в три раза выше, чем в Графтоне, но тут были бейсбольная команда, теннисные, бейсбольные и детские площадки, исторический колониальный театр, подстриженные газоны и деревья в парках, а также окраина, где разместились развлекательные и образовательные заведения, финансируемые из кармана налогоплательщиков. Постепенно Графтон опустел.

***

В 2019 году группа ученых из Бэйлорского университета провела исследование, посвященное отношению людей к налогам. Оказалось, что в штатах и городах, где жители были склонны платить более высокие налоги, уровень счастья населения был существенно выше, чем там, где жили не приветствующие высокие налоги граждане.

Ученые отмечали, что, когда «штаты делают вклад в общественное благо, это зачастую сближает людей, давая им общие площадки для взаимодействия». Это служит укреплению социальных связей, что ведет к «всеобщему благосостоянию».

Впрочем, исследователи отмечали и наличие другой возможности. Траты властей на благоустройство пространства ассоциируются со счастливыми гражданами, однако, вполне возможно, верно и другое: счастливые граждане склонны платить более крупные налоги. Если это так, то злоключения графтонцев в конечном счете происходили не из-за низкого налогообложения. Более вероятно, что город с низкими налогами на протяжении всей своей истории притягивал к себе несчастных людей.

Читайте также на ForumDaily:

Как вакцины изменили мир: история прививок от XVIII века и до наших дней

Музей Соломона Гуггенхайма: история основавшей его семьи, ‘беспредметного искусства’ и музеев Гуггенхаймов во всём мире

‘На такое способны многие’: как обычные женщины становились палачами в нацистских лагерях

Как живут бездомные в США: непростая история одного мужчины

Разное В США история история США Досуг
Подписывайтесь на ForumDaily в Google News

Хотите больше важных и интересных новостей о жизни в США и иммиграции в Америку? — Поддержите нас донатом! А еще подписывайтесь на нашу страницу в Facebook. Выбирайте опцию «Приоритет в показе» —  и читайте нас первыми. Кроме того, не забудьте оформить подписку на наш канал в Telegram  и в Instagram— там много интересного. И присоединяйтесь к тысячам читателей ForumDaily New York — там вас ждет масса интересной и позитивной информации о жизни в мегаполисе. 



 
1062 запросов за 1,111 секунд.