The article has been automatically translated into English by Google Translate from Russian and has not been edited.
Переклад цього матеріалу українською мовою з російської було автоматично здійснено сервісом Google Translate, без подальшого редагування тексту.
Bu məqalə Google Translate servisi vasitəsi ilə avtomatik olaraq rus dilindən azərbaycan dilinə tərcümə olunmuşdur. Bundan sonra mətn redaktə edilməmişdir.

Открытое письмо памяти Жванецкого: почему мне грустно и радостно одновременно

Я сегодня проснулся с комом в горле и мокрыми от слёз глазами. Лежал, думал, соображал… Пока не понял – я осиротел. От меня ушёл Жванецкий.

Фото: кадр видео YouTube/Телеканал Дождь

Вначале – немного о грустном. Он, наверное, ушёл от многих, но я их не знаю, поэтому скажу о себе. Мы не были лично знакомы, хотя когда я ещё в 80-е работал в одесском ресторанном оркестре, он, будучи приятелем одного из музыкантов, приходил иногда в конце работы, когда нам, музыкантам, накрывали лёгкий ужин в час ночи. Он сидел с нами за столом и … записывал. Именно. Мы ели и шутили, хотя никто не смеялся. А он слушал, иногда что-то говорил, но всё больше молчал и записывал. Это я уже через годы понял, что мы говорили смешно, хотя не всем это было понятно, а он черпал материал, “ходя в народ”, о чём сам потом неоднократно говорил.

Почему мне грустно? Все те, кто талантом своим проникали ко мне в сердце, и Барышников, и Окуджава, и Райкин, уходя, забирают с собой его частичку. И Миронов, и Плятт, и Высоцкий, и создатели “Ну Погоди” и “Чебурашки”, и Карцев, и Ильченко – все, кто составили мою жизнь по кусочку, напоив и осветив её удивительным огнём, уходят… И с каждым уходом гаснет во мне ещё одна свеча. Когда-нибудь погаснет и последняя.

А теперь о весёлом. Жванецкий не был талантом. Он был гением. И будет им до тех пор, пока людям, читающим написанное им и слушающим его миниатюры, будет смешно. Не знаю, как долго это продлится, но тихо радуюсь, что я его застал. Вряд ли когда-нибудь скажут “Я жил во времена Сергея Евелева”. Но во времена Моцарта, Пушкина, Бродского, Баха, и теперь ещё вот и Жванецкого наверняка жили люди. И они об этом не стестняясь будут говорить.

По теме: ‘Ничего нет лучше жизни, а юмор – это жизнь’: умер сатирик Михаил Жванецкий

Я счастлив и горд, что застал Михал Михалыча. Мы с ним вообще-то даже из одного города. Так было угодно судьбе, чтобы мы ходили по одним и тем же улицам и слышали одни и те же слова и голоса. Он смог из этого сделать жизнь, карьеру. Придумать, записать и воспроизвести то и так, как больше не мог никто. До него были Бабель, Зощенко, Менделе Мойхер-Сфорим, другие блестящие мастера. Вместе с ним, где-то рядом, тоже жили чудесные писатели, композиторы, чтецы, артисты… Чуковский, Дунаевский, Ахматова, Солженицын, Ираклий Андроников.

А теперь о том, почему мне радостно, хотя и грустно. Потому, наверное, что мне повезло жить с ним, Жванецким, в одно время. То есть я – его современник, и это великая привилегия. Я думаю, что на попытки писать меня подтолкнула не только однажды вечерком заблудившаяся, гуляющая слегка навеселе муза, но и желание попробовать как он…

Да, знаю, глупость, наглость даже так думать, но я тем не менее попробовал, лет пятнадцать назад. И с тех пор пишу себе потихоньку, в собственное удовольствие. Нет, конечно же, я так умно и смешно как он не умею. Никто не умеет. Потому, что есть таланты (большие и малые), а есть гении. Гений – это там, где заканчивается талант, и ещё… тридцать три миллиона световых лет вверх или в глубину, где он и обитает. Но зато я тоже могу высказываться, свято придерживаясь главной заповеди великого мастера “писать и пИсать нужно, когда уже не можешь”. В какой-то момент “не смог” и я.

Да, я знаю, многие сейчас пишут, чуть ли не все. И это прекрасно. Мы так экономим на антидепрессантах и выплёскиваем на бумагу то, что в противном случае в виде прокисшего борща досталось бы детям, жёнам, другим женщинам, соседям по двору… Мы так спасаемся от горечи, зла, неприятия, раздражения, несогласия с миром, образующегося внутри и требующего сатисфакции…

Но я-отвлёкся. Спасибо Вам, уважаемый, и навсегда, до последнего вздоха остающийся в моей памяти Михал Михалыч Жванецкий. Каюсь, я никогда не смеялся, слушая вас. Точнее, никогда не смеялся снаружи. Не знаю почему. Зато я хохотал внутри. Возможно, смеяться снаружи я боялся, чтобы не пропустить какое-то слово. Вы писали очень плотно, без воды, без пропусков, без возможности расслабиться и продохнуть… вот я и не расслаблялся. Это было как бесконечная череда идущих одна за другой волн нашего любимого Чёрного моря, которые могут легко потопить неумелого пловца…

Ваш юмор – удивительно глубокий, печальный, всечеловеческий. Потому-то вы и были дежурным по стране, как никто понимая, что в ней происходит. Вам одному из немногих разрешалось критиковать вседержателей, и к счастью, никто вас не уколол отравленным зонтиком и не сбил случайным грузовиком. Спасибо им, пощадившим гения!

Как же нам, вашим современникам, повезло! И как бы обеднела наша жизнь, если бы вас не было. Ещё раз спасибо огромное вам за всё: что нашли свою стезю, что не отвернулись от неё. Что не сбились с курса. Что не отсиделись в тени и рисковали всегда, говоря огнеопасное, острое, пробирающее до самой печени, выворачивающее наизнанку всё тухлое, нелицеприятное, превращая его в честное и правдивое. За то, что “хлестали по мордам собаку Баскервилей”, понимая, что в любую секунду она может опомниться и разорвать вас на части.

Буду скучать. Понимаю, что наверное уже никогда природа не повторит подобный феномен. Такие как вы бывают очень редко, и я жутко горжусь, что судьба забросила меня в двадцатый век, где вы уже и оказались.

Не хочу присоединяться к миллионам скорбящих. Останусь в своей тихой печали один. Грусть, ощущение невозвратимой потери, как и любовь – чувства очень индивидуальные и другим не передающиеся. Они рождаются глубоко внутри и могут иссохнуть, как отжившее дерево или жить всегда, питая весь организм живительными соками счастья и радости. Вот таким вы и были, дорогой мой, питательной средой, наполняющей меня (и наверняка ещё многих других) жизнью, теплом, грустным смехом и неповторимым умением увидеть то, что другим невидимо. А уж про умение это удивительнейшим образом описать – и говорить нечего. Боженька вас наверняка при рождении чмокнул в макушку. За что ему, да и вам тоже, огромное нечеловеческое спасибо.

За всё, за всё, за всё, за всё, за всё…

И не ленитесь, пожалуйста. Смешите тех, кто окружает вас сейчас. Они ещё даже не понимают, как им повезло с вами, да и нам грешно жаловаться. Вам выпала долгая творческая жизнь на земле, и прожили вы её с честью и пользой. А родители мои просто случайно угадали, благодаря чему я и смог “нюхнуть” вашей гениальности и припасть к удивительному роднику, который ещё долго будет поить страждущих. В этом и есть наследие гения. Вечный родник неиссякающего творчества. Вашего творчества, любимый и остающийся со мной навсегда, Михал Михалыч Жванецкий.

Америка Колонки Жванецкий

Читайте также на ForumDaily:

‘Ничего нет лучше жизни, а юмор – это жизнь’: умер сатирик Михаил Жванецкий

Михаил Жванецкий отметил 85-летие: 30 язвительных и мудрых цитат сатирика

Мнение: почему некоторые иммигранты не приживаются в США

Учеба будущего: как Илон Маск заново изобретает школьное образование

Хотите больше важных и интересных новостей о жизни в США и иммиграции в Америку? Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook. Выбирайте опцию “Приоритет в показе” –  и читайте нас первыми. И не забудьте подписаться на ForumDaily Woman и на ForumDaily New York – там вас ждет масса интересной и позитивной информации. 



 
1061 запросов за 2,704 секунд.