The article has been automatically translated into English by Google Translate from Russian and has not been edited.

История успеха высшего образования в США

Уровень обучения в первых американских колледжах был довольно низким, а их основателей больше вдохновляли не идеи просвещения, а потенциальная прибыль. Сейчас высшее образование в США считается одним из лучших в мире, страна лидирует по количеству научных открытий и проводимых исследований. Профессор Школы образования Стэнфордского университета Дэвид Лэбэри в своей статье для Aeon объясняет, как эволюционировала американская образовательная система и почему этот опыт невозможно скопировать. «Теории и практики» публикуют перевод.

Фото: Depositphotos

В XIX веке всем, кто приезжал в США, местная система образования казалась насмешкой. Это даже сложно было назвать системой — скорее просто случайный набор разбросанных по сельской местности институтов, именующих себя колледжами. Казалось бы, структура, которая не может похвастатьcя ни достойным финансированием, ни выдающимися академическими успехами, ни выполнением своих социальных функций и при этом базируется в маленьких городках вдоль границы, обречена на провал. Но ко второй половине ХХ века она возглавила мировой рынок высшего образования. Выяснилось, что она активнее приумножает свое состояние, генерирует больше научных знаний, привлекает больше талантливых учащихся и преподавателей и взращивает больше Нобелевских лауреатов, чем системы других стран. Университеты США лидируют в мировых рейтингах.

Как же произошла эта удивительная метаморфоза? Дело в том, что те черты системы, которые казались недостатками в XIX веке, в ХХ превратились в достоинства. Скромное госфинансирование, зависимость от количества учащихся, атмосфера популизма и помешательство на футболе сделали ее настолько автономной, что ей удалось обойти всех своих конкурентов и добраться до вершины.

Образовательная система зарождалась при непростых обстоятельствах на заре истории США, когда государство было слабым, рынок — сильным, а Церковь — разделенной. В отсутствие ощутимой поддержки духовенства и государства (которые обеспечивали процветание первых университетов в средневековой Европе) первые американские колледжи вынуждены были полагаться в основном на местную элиту и студентов, которые платили за обучение. Правительство выдавало им свидетельство о регистрации, но это лишь делало их работу законной. Лицензия не предполагала финансирования.

В XIX веке основной причиной открытия колледжей была погоня за прибылью, а не распространение высшего образования. Долгое время первейшим источником богатства оставалась земля, но в стране, где свободных территорий гораздо больше, чем покупателей, главной трудностью для спекулянтов было убедить людей приобрести участок именно у них, а не у кого-то из многочисленных конкурентов (например, площадь западных владений Джорджа Вашингтона составляла около 50 тысяч акров, и он потратил немало лет на безуспешные попытки их сбыть). Ситуация стала еще более безнадежной в середине XIX века, когда власти начали раздавать наделы поселенцам. Чтобы выжить в таких условиях, нужно было показать, что земля может быть не только сельскохозяйственным участком в пыльной деревне, но и престижной недвижимостью в перспективном культурном центре. И ничто не ассоциировалось с культурой так же сильно, как колледж. Спекулянты «жертвовали» землю под строительство колледжей, получали лицензию и затем продавали участки вокруг с большой прибылью (совсем как сегодняшние застройщики, которые обустраивают поле для гольфа и потом берут втридорога за дома, которые находятся рядом).

Конечно, получить разрешение на открытие колледжа и создать реально работающую организацию — это две разные вещи. Обычно спекулянты старались, чтобы у колледжа была религиозная направленность: это давало некоторые преимущества. Во-первых, помогало разделить рынок. Пресвитериан больше привлекал пресвитерианский колледж, чем, например, методистский в ближайшем городке. Во-вторых, решался вопрос с кадрами: до конца XIX века почти все президенты и большинство преподавателей американских колледжей были священниками. Основателей образовательных организаций такой вариант устраивал по двум причинам: они были довольно хорошо образованны и могли работать за небольшую плату. Третьим преимуществом было то, что Церковь можно было убедить вносить время от времени небольшие пожертвования.

Часто вера и соображения прибыли сочетались в одном человеке, порождая узнаваемого американского персонажа — священнослужителя-спекулянта. Например, священник Джосайя Бушнелл Гриннелл покинул конгрегационную церковь, которую сам же основал в Вашингтоне (округ Колумбия), чтобы построить на западе новый город ради спекулятивных инвестиций. В 1854 году он обосновался в Айове, назвал город Гриннеллом, получил разрешение на открытие колледжа и начал продавать землю по 1,62 доллара за акр. Вместо того чтобы заниматься созданием совершенно новой организации, он убедил колледж Айовы переехать из Давенпорта в Гриннелл и переименоваться в Гриннелл-колледж.

Подобный процесс развития колледжей объясняет многое в устройстве американской системы высшего образования в XIX веке. Менее четверти колледжей располагались вдоль восточного побережья, где жило большинство американцев. Больше половины заведений было на Среднем Западе или Юго-Западе — на скудно населенных пограничных территориях. В конкурентной американской среде ни одна конфессия не занимала главенствующее положение, каждый был сам за себя, поэтому все хотели установить свой флаг на новых территориях раньше других. Спекуляция землей и межрелигиозное соперничество привели к тому, что к 1880 году в Огайо было 37 колледжей, в то время как во Франции — всего 16.

Удивляет огромное количество подобных новоиспеченных колледжей. В 1790 году, в начале первого десятилетия существования новой республики, в США уже было 19 организаций, которые звались колледжами или университетами. В первые 30 лет это количество увеличивалось постепенно и достигло 50 к 1830 году, а затем темп значительно ускорился. К 1850 году их было уже 250, через десять лет — 563, а в 1880 году насчитывалось 811 подобных институтов. Рост числа колледжей существенно обогнал рост населения: если в 1790 году на миллион человек приходилось пять колледжей, то в 1880 году этот показатель вырос до 16. В это время в США работало в 5 раз больше колледжей, чем во всей Европе. Это была самая перенасыщенная система высшего образования, которую когда-либо видел мир.

Конечно, как любили подчеркивать приезжающие в Америку европейцы, большинство этих колледжей можно было назвать высшими учебными заведениями лишь с натяжкой. Начнем с того, что они были очень маленькими. В 1880 году средний колледж мог похвастать 131 учащимся и 10 преподавателями и выдавал всего 17 дипломов в год. Большинство образовательных организаций располагалось далеко от культурных центров. Педагогами чаще становились проповедники, а не специалисты, а студентом мог быть любой желающий платить за обучение ради диплома сомнительной ценности. Большинство выпускников в итоге принимали духовный сан или выбирали другие профессии, для которых колледж не требовался.

Несколько институтов восточного побережья (Гарвард, Йель, Принстон, Колледж Уильяма и Мэри) притягивали учащихся из состоятельных и влиятельных семей и служили образовательными площадками для будущих лидеров. Но ближе к границе не было никакой признанной элиты, с которой колледжи хотели бы ассоциироваться, и в отношении социальных различий они тоже могли предложить очень немного. Из-за того, что почти в каждом городке был собственный колледж, организациям приходилось бороться за студентов, а значит, плата за обучение оставалась скромной. Поэтому у колледжей был нищенский бюджет, они довольствовались бедным оснащением и низкими зарплатами, им было сложно привлечь и удержать учащихся и преподавателей и приходилось постоянно собирать пожертвования. Соответственно, большинство студентов относились скорее к среднему классу, чем к высшему, и поступали они в основном ради опыта, а не ради знаний. Серьезнее всего к учебе подходили студенты на стипендии.

Гарвард. Фото: Depositphotos

О незавидном положении колледжей в XIX веке свидетельствовало и то, как сложно было отличить их от старшей школы и разнообразных академий, которых также было в избытке. Учащиеся часто выбирали между старшей школой и колледжем вместо того, чтобы смотреть на них как на последовательные этапы. В результате в старшей школе и колледжах учились дети примерно одного возраста.

К 1880 году американская система высшего образования была необыкновенно большой и территориально рассредоточенной, с децентрализованным управлением и беспрецедентным уровнем институциональной сложности. Может показаться странным, что пестрое собрание 800 колледжей и университетов вообще можно назвать системой. Система предполагает план и форму управления, которая позволяет следить за тем, чтобы все работало в соответствии с этим планом. И действительно, именно так выглядят системы высшего образования в большинстве стран, где их контролируют и корректируют министерства. Но только не в США.

Американская система высшего образования не выросла из плана, и никакой орган ей не руководит. Она просто случилась. Тем не менее это система, у которой есть четкая структура и ясный набор правил, определяющий действия организаций и отдельных людей внутри нее. В этом смысле она больше напоминает систему рыночный экономики, возникшую благодаря совокупности решений отдельных людей, чем политическую систему, которая управляется конституцией. Тут скорее стоит представить стихийный рост городов, а не искусственно созданную общину. Их история — это не запланированное строительство, а эволюционный процесс. Рыночные системы просто происходят, но это не мешает нам понимать, как это случилось и как они работают.

Слабые места образовательной системы были абсолютно очевидны. Большинство колледжей создавались не для того, чтобы развивать высшее образование; там оставался довольно скромный уровень обучения. У них не было ни развитой инфраструктуры, ни постоянных источников финансирования. Их было слишком много, чтобы какие-то отдельные могли получить признание, и не существовало механизма для того, чтобы поставить одни выше других. В отличие от Европы, в США не было университетов, открытых с одобрения национального правительства или официальной Церкви, — только маргинальное собрание общественных и частных организаций, расположенных на задворках цивилизации. Жалкое зрелище.

Возьмем, например, Миддлбери-колледж: он был открыт конгрегационалистами в 1800 году, а сегодня является одним из лучших американских колледжей свободных искусств и входит в так называемую малую Лигу плюща. Но в 1840 году, когда на кампус прибыл новый президент колледжа (пресвитерианский священник Бенджамин Лэбэри, прапрадедушка автора. — Прим. ред.), он увидел институт, который боролся за выживание, и за его 25-летнее пребывание на посту ситуация не особо улучшилась. В письмах к Совету попечителей он перечисляет типичные проблемы, которые тревожили президента маленького колледжа в его время. Так, его наняли на зарплату в 1200 долларов в год (около 32 тысяч долларов по сегодняшним меркам), но он обнаружил, что попечители не в состоянии платить эту сумму. Лэбэри-старший тут же озадачился вопросом финансирования и провел первую из восьми благотворительных кампаний по сбору средств для колледжа, причем он сам сделал взнос в 1000 долларов и агитировал немногочисленных сотрудников института последовать его примеру.

Проблемы с деньгами — самая глобальная тема в письмах президента (сложности с наймом преподавателей и оплатой их работы; дом, заложенный ради компенсации собственной невыданной зарплаты, постоянный поиск пожертвований), но также он жаловался и на неизбежные проблемы, которые возникают при попытке предложить полноценную программу в колледже с небольшим и недостаточно квалифицированным педагогическим составом.

Йель. Фото: Depositphotos

В общем, у американской системы колледжей в середине XIX века были одни перспективы и никаких результатов. Тем не менее перспективы оказались необычайными. Скрытым преимуществом системы стало то, что в ней были почти все необходимые элементы для будущего увеличения числа поступающих и роста потребностей студентов. Была подходящая инфраструктура: земельные участки, классы, библиотеки, кабинеты для педагогов, здания администрации и все остальное. При этом колледжи были не сосредоточены в нескольких населенных центрах, а рассеяны по всей стране. Преподаватели и руководители тоже уже находились на своих местах с программами обучения, курсами и лицензией, которая позволяла им выдавать дипломы. Существовала устоявшаяся структура управления и сложившийся процесс финансовой поддержки организаций из различных источников, а также помощь местного сообщества и духовенства. Системе не хватало только студентов.

Другим источником силы стало то, что это разношерстное собрание непримечательных в большинстве своем колледжей и университетов выжило в суровой конкуренции в ходе естественного отбора.

Успешные колледжи закрепились в изолированных городах по всей стране. Они позиционировали себя как институты, которые обучают местных лидеров и служат культурными центрами для населения. Имя колледжа, как правило, совпадало с названием города. Образовательные организации, которые дотянули до второй половины XIX века, оказались в выигрышном положении благодаря росту спроса учащихся, появлению новых оснований для поступления в колледж, новых источников финансирования.

Американские колледжи сохраняли ауру популизма. Поскольку они располагались в разбросанных по США городках и были вынуждены соревноваться со своими соперниками в аналогичной ситуации, их больше беспокоило выживание, чем учебные стандарты. В результате c американской системой скорее ассоциировался средний класс, а не высшие слои общества. Бедняки не отсылали детей в колледж, но обычные семьи среднего класса могли себе это позволить. Поступление было простым, академические требования — скромными, а плата — посильной. Благодаря этому колледж базировался на прочном народном фундаменте, который в большинстве своем уберег его от элитизма в стиле «Оксбриджа». Колледж был частью местного сообщества и конфессии, популярным местом, источником гражданской гордости и визитной карточкой, которая демонстрировала городской уровень культуры миру. Чтобы чувствовать близость к колледжу, гражданам даже не обязательно было иметь близких, которые там учатся. Такая всенародная поддержка оказалась необычайно важной, когда прием в вузы начал расти с космической скоростью.

Эта система пользовалась популярностью среди потребителей, но не превращала американские колледжи в центры интеллектуальных достижений и всеобщего признания. Ситуация начала меняться в 1880-х, когда немецкая модель исследовательского института ворвалась на американскую образовательную сцену. Она предполагала, что университет — это место, которое производит передовые научные изыскания и обеспечивает высший уровень подготовки для интеллектуальной элиты. Новая модель добавила в американскую систему научную авторитетность, которой ей очевидно не хватало. Впервые система могла по праву заявить о том, что дает образование высочайшего уровня. В то же время число желающих учиться в колледже существенно выросло, то есть решилась еще и проблема хронической нехватки учащихся.

Но Америка не полностью переняла немецкую образовательную модель. Вместо этого ее адаптировали с учетом местных особенностей. Исследовательский университет был дополнением, а не заменой. Поскольку в США такого финансирования не было, последипломное образование и научные изыскания могли существовать только на скромном уровне и только в привязке к колледжам, работавшим по программе бакалавриата. Системе нужна была финансовая помощь многочисленных студентов, которые оплачивали свою учебу и осуществляли подушевые взносы в фонд госучреждений. Также она нуждалась в политической поддержке и общественной легитимности, которых добивались за счет массовости и практичности американских колледжей.

Ради выживания системе пришлось изо всех сил пытаться осчастливить студентов, то есть организовать самые разные общественные развлечения, включая братства, сестринства и, конечно, футбол, а также следить за тем, чтобы академическая программа была не слишком сложной. Идея заключалась в том, чтобы вплести колледж в жизнь студентов. Они начинали отождествлять себя с ним, таким образом росла вероятность того, что даже во взрослой жизни они продолжат носить одежду «фирменных» цветов, будут приезжать на встречи выпускников, отправлять детей учиться в свою альма-матер и делать щедрые пожертвования.

В XIX веке слабая поддержка Церкви и государства заставила американские колледжи превратиться в развивающуюся систему высшего образования, которая была экономной, гибкой, автономной, чувствительной к интересам потребителя, относительно финансово независимой и совершенно децентрализованной. Эти скромные начинания породили систему с характеристиками, которые позволили ей стать ведущей системой образования в мире.

Американская система образования превратилась из объекта насмешек в предмет всеобщей зависти. К сожалению, поскольку система развивалась стихийно, нет никакой модели, которую могли бы скопировать другие страны. Это случайность, которая произошла при уникальных обстоятельствах: когда государство было слабым, рынок — сильным, а Церковь — разделенной, когда было слишком много земли и слишком мало покупателей и когда образовательные стандарты были очень низкими. И можно только пожелать удачи тем, кто рискнет воссоздать ее в XXI веке.

Читайте также на ForumDaily:

Где в США получить бесплатное высшее образование

Америка: жизнь в кредит

Образование в США: 7 способов сэкономить

Как получить высшее образование онлайн

Три варианта, как поступить в американский университет  

Хотите больше важных и интересных новостей о жизни в США и иммиграции в Америку? Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook. Выбирайте опцию «Приоритет в показе» —  и читайте нас первыми. И не забудьте подписаться на ForumDaily Woman — там вас ждет масса позитивной информации. 

Разное университет образование колледж Ликбез


 
1048 запросов за 2,162 секунд.