The article has been automatically translated into English by Google Translate from Russian and has not been edited.

Как одна семья заработала состояние на опиоидном кризисе в США

Фото: Depositphotos

Семья Сэклеров – известные и уважаемые во всем мире филантропы. В Британском музее в Лондоне, в парижском Лувре и нью-йоркском Метрополитен-музее в их честь названы залы, их фамилию можно найти в названиях образовательных программ и лабораторий десятков институтов, научно-исследовательских центров в нескольких странах.

Но Сэклеры не любят распространяться о семейном бизнесе – Purdue Pharma, и для этого есть причины, пишет Republic.

Фармацевтическая компания Сэклеров разработала обезболивающий препарат – оксиконтин, который принес ей порядка $35 млрд. Действующий ингредиент препарата – оксикодон, родственник героина, появившийся в Германии в 1916 году и в почти два раза более сильный, чем морфин.

Раньше из-за опасений, связанных с их наркотическими свойствами, врачи назначали пациентам такие мощные препараты только в случае острой боли на последних стадиях рака. Но Purdue Pharma сумела представить свое лекарство как медицинский прорыв, способный безопасно и не вызывая зависимости снимать умеренную и сильную боль. Благодаря ее усилиям, оксиконтин стали прописывать для широкого круга состояний миллионам пациентов.

В итоге препарат привел к смертям тысяч людей. С 1999 года оксиконтин и другие продаваемые по рецептам опиоиды стали причиной смерти от передозировки 200 тысяч человек в США.

Из материалов судебных исков против Purdue следует, что смерть от обезболивающих стала очень распространенной: 29% американцев признаются, что они или их родственники знают кого-то, кто погиб вследствие приема оксиконтина.

По оценке Центров по контролю и профилактике заболеваний (CDC), от превышения дозировки опиоидов погибают 145 американцев ежедневно.

Компанию основали три брата — Артур, Мортимер и Рэймонд Сэклеры, дети эмигрантов-евреев, выросшие в Нью-Йорке. Все трое получили медицинское образование и работали в психиатрии.

В 1952 году братья Сэклеры купили небольшую нью-йоркскую медицинскую компанию Purdue Frederick, которая делала слабительное и средства для чистки ушей. К началу 1960-х Purdue Frederick сильно выросла.

Восьмидесятые ознаменовались для компании Сэклеров (теперь носившей название Purdue Pharma) успехом первого обезболивающего-хита – содержащей морфин таблетки MS Contin, имевшей механизм «контролируемого высвобождения»: лекарство поступало в кровоток в течение нескольких часов. Это лекарство стало самым продаваемым в истории компании.

Однако в конце 1980-х срок патента MS Contin должен был истечь, и производитель начал искать, чем можно заменить суперуспешный препарат. Так братья обратились к оксикодону.

Он был недорог в производстве и уже использовался фармацевтикой: существовали Percodan (смесь оксикодона с аспирином) и Percocet (смесь с тайленолом). Purdue решила создать собственную версию препарата, объединив оксикодон со своей формулой «контролируемого высвобождения»; производить лекарство решили в разных дозировках: от 10 мг действующего вещества до гораздо более сильных 80 и 100 мг. Такие дозировки превосходили все, что было на рынке болеутоляющих в тот момент.

В 1995 году Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) США одобрило оксиконтин для продажи, хотя производитель не представил никаких исследований по аддиктивности препарата.

Запуск препарата сопровождался одной из крупнейших маркетинговых кампаний в истории фармацевтики. На Purdue работала тысяча торговых представителей, которые доказывали врачам преимущества нового лекарства и убеждали их, что его можно прописывать не только для облегчения острой кратковременной боли, но и в хронических случаях. Список показаний, который предлагала Purdue, был практически бесконечным. При этом врачи восприняли новый препарат как менее мощный, чем морфин, и хотя в Purdue понимали это, производитель использовал заблуждение в своих интересах.

Врачей тысячами приглашали на конференции, раздавали всевозможные подарки с символикой лекарства и показывали видео с благодарными пациентами, у которых больше ничего не болит.

В первые пять лет после начала продаж оксиконтин приносил производителю по миллиарду долларов в год, и признаков остывания рынка не наблюдалось.

Благодаря формуле «постепенного высвобождения» действие препарата продолжалось долго, и компания опиралась на это в маркетинге: реклама обещала, что можно принимать одну большую дозу раз в 12 часов вместо более частых и слабых доз других медикаментов. Однако на практике у половины пациентов обезболивающий эффект длился не 12, а 8 часов, после которых они начинали испытывать боль и потребность в новой порции лекарства. Когда врачи начали сообщать о симптомах ломки у своих пациентов, представители Purdue советовали решать проблему увеличением дозировки.

Почти сразу же после выхода оксиконтина на рынок появились указания на то, что пациенты злоупотребляют им. Оказалось, что если таблетки растереть и вдохнуть или приготовить раствор для инъекций с водой, механизм постепенного действия опиоида нарушался, и препарат работал как обычный опиоидный наркотик.

Компания, однако, не отозвала лекарство и не признала, что оно может вызывать зависимость, вместо этого Purdue обвинила пациентов в неправильном использовании препарата.

С тех пор как Purdue Pharma начала выпускать оксиконтин, против нее были поданы тысячи исков. Иногда компания заявляет, что не проиграла ни одного дела относительно своего одиозного препарата, но вернее будет другая формулировка: ни по одному делу разбирательство не дошло до публичного судебного слушания, поскольку были заключены соглашения.

В августе 2010 года Purdue незаметно заменила оксиконтин слегка отличающимся от него лекарством и запатентовала новую формулу. Эту версию препарата с измененным составом утвердило Управление по надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США. Срок патента на оригинальный оксиконтин истек в 2013 году, и Purdue вывела обновленный препарат, чтобы устранить конкурентов в виде дженериков.

Оригинальная формула лекарства создала поколение, зависимое от лекарств, а измененная – подсадила новое поколение на героин. Исследование группы экономистов носит название «Как изменение формулы оксиконтина вызвало героиновую эпидемию»: опрос 244 человек, проходящих лечение вследствие злоупотребления оксиконтином (после изменения его формулы), выявил, что 70% переключилось на героин, а остальные – на другие наркотики.

В настоящее время Purdue Pharma признает кризис опийной наркомании, но утверждает, что предпринимала все возможные шаги по его предотвращению, кроме того, компания подчеркивает, что на рынке существуют и другие болеутоляющие.

По мере того, как американские политики и журналисты начали обращать внимание на опиоидный кризис, некоторые врачи перестали прописывать болеутоляющие на опийной основе. В своем официальном заявлении Purdue признала, что оксиконтин может вызвать у некоторых пациентов физическую зависимость, но подчеркнула, что это состояние нельзя приравнивать к зависимости.

Несмотря на все возражения критиков, в августе 2015 года Purdue получила разрешение от FDA на продажу оксиконтина детям начиная с 11 лет. С 2006 по 2015 годы Purdue и другие производители болеутоляющих потратили почти $900 млн на лоббирование своих интересов – в 8 раз больше, чем оружейное лобби за этот же период.

По оценке Forbes, семья Сэклеров продолжает получать от своих предприятий примерно $700 млн в год. После того как продажи оксиконтина в США перестали расти, Purdue начала завоевывать мир – с Канады и Великобритании. В Азии, Латинской Америке и на Ближнем Востоке интересы Purdue представляет связанная с ней компания Mundipharma. При этом в Китае и Бразилии, где опиоиды все еще стигматизированы, маркетинговая стратегия Mundipharma остается такой же, как и у Purdue в США в 90-х. В России оборот основного вещества обезболивающего, оксикодона, и содержащих его препаратов был запрещен, но в 2006 году российские власти к нему смягчились и перенесли его в список веществ, оборот которых разрешен, но контролируется.

Читайте также на ForumDaily:

Трамп объявил опиоидный кризис чрезвычайной ситуацией национального масштаба

Кто в действительности виновен в опиоидном кризисе США

Трампа призывают объявить чрезвычайное положение из-за наркомании в США

Хотите больше важных и интересных новостей о жизни в США и иммиграции в Америку? Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook. Выбирайте опцию «Приоритет в показе» —  и читайте нас первыми. И не забудьте подписаться на ForumDaily Woman — там вас ждет масса позитивной информации. 

В США опиоидный кризис


 
1039 запросов за 2,053 секунд.