Как покорить Кремниевую долину: советы трех россиян, которым это удалось

Кремниевая долина в штате Калифорния давно завоевала репутацию рая для программистов и венчурных инвесторов. Среди тысяч работающих там IT-специалистов есть и немало выходцев из России. Би-би-си Русская служба поговорила с тремя российскими предпринимателями, которые несколько лет назад уехали покорять Кремниевую долину и до сих пор живут и успешно работают там.

Фото: Depositphotos

Свои опытом поделились управляющий партнер компании GVA Capital Павел Черкашин, основатель блокчейн-платформы adglink.com Александр Процюк и предприниматель Артем Голдман.

Об особенностях работы в Кремниевой долине

Павел Черкашин: Кремниевая долина — настоящая Мекка для IT-инженеров, тут все сделано инженерами и для инженеров, от условий работы до форм развлечений. Квалифицированному IT-специалисту легко найти работу по вкусу — от крупных корпораций до стартапов. Необходим только вид на жительство и очень высокая квалификация в своем деле.

Наиболее востребованны сейчас специалисты в сферах искусственного интеллекта и машинного обучения, компьютерной безопасности, блокчейн-платформ, обработки видео, сложных системных разработок. Также большой спрос на ученых в сфере новых материалов, чипов, биотехнологий.

Александр Процюк Фото: Facebook

Александр Процюк: Основная особенность работы в Кремниевой долине — это максимальная приближенность к эпицентру инноваций. Каждый день тысячи самых инновационных компаний, которые сосредоточены здесь, придумывают что-то новое, взаимодействуют друг с другом и в синергетическом борще рождают идеи будущего. Здесь тестируют многие проекты, типа беспилотных автомобилей.

Что касается IT-специалистов, то основным преимуществом для них, помимо очень высоких зарплат, является возможность прикоснуться к самым инновационным технологиям и повлиять на многие сферы.

Об отличиях от работы в России

Артем Голдман: Здесь выше зарплаты, больше предложений. В России не так много IT-компаний-гигантов, буквально раз-два и обчелся: Яндекс, Mail.ru, «Касперский», несколько крупных банков. То есть в пределах 50 компаний, которые нанимают разработчиков в больших количествах и ставят перед ними интересные задачи. А в Долине это десятки тысяч компаний.

В Америке больше рынок, больше возможностей, лучше развита экосистема. Привлечь финансирование в проект, найти необходимую экспертизу легче. Рынок IT развит гораздо сильнее, и рынок потребления IT-продуктов просто больше из-за того, что ВВП страны больше в разы.

Александр Процюк: В России нет подобной экосистемы, которая в Кремниевой долине сложилась исторически: Стэнфордский университет, кремниевые транзисторы, правительственные разработки, бум доткомов (Компаний, чья бизнес-модель целиком основывается на работе в рамках интернета. — Прим. Би-би-си), соцсети, блокчейн и т.д.

В Россию не едут за инновациями, соответственно, не возникает сообщества, работающего на острие последних технологий. Как правило, происходит наоборот: российские компании, которые сумели попасть на международные радары, непременно стремятся попасть в Кремниевую долину. А программисты, как один из самых любопытных корпоративных слоев, часто следуют за движением компаний туда, где интересно работать и где больше единомышленников.

Павел Черкашин Фото: Facebook

Павел Черкашин: Людям, приезжающим из России, сильнее всего бросается в глаза нелинейность успеха, то есть нельзя работать чуть лучше и получать чуть больше или расслабиться и получать чуть меньше. Нужно быть действительно высоким специалистом в своей предметной области.

Инженерная культура сильно отличается от той, к которой привыкли в России. Только здесь продукт и научная разработка важнее других атрибутов бизнеса (продаж, маркетинга, финансов, юридического оформления). «Хорошего CEO можно купить за деньги, а хороший продукт невозможно, для этого нужен свой Стив Джобс», — говорят здесь венчурные инвесторы.

Вообще гениальный программист, от идей которого в России будут только отмахиваться, в Долине станет центром внимания и получит все необходимое для реализации своих идей. В то же время посредственный программист может и получит большую зарплату, но с учетом значительно более высоких накладных расходов (налоги, стоимость жилья и страховки) ничего не выиграет.

Об отношении к выходцам из России

Артем Голдман: К выходцам из России относятся нормально, если они в целом адекватны и делают какой-то интересный бизнес и если у них чистый бэкграунд. К ним относятся так же, как к выходцам из Индии, Китая и других стран. Какого-то предубеждения нет, есть скорее повышенный интерес, учитывая, какие сильные в России разработчики.

Многие россияне достигли здесь успеха, начиная c сооснователя Google Сергея Брина и основателя онлайн-сервиса Evernote Филиппа Либина и заканчивая сотнями, тысячами других специалистов.

Артем Голдман Фото: Facebook

Александр Процюк: В Кремниевой долине очень сильное русскоговорящее IT-сообщество. Чего стоит только AMBAR (Американская бизнес-ассоциация русскоговорящих профессионалов). Эта организация часто проводит открытые мероприятия, на которых можно быстро погрузиться в IT-тусовку.

Кроме того, я считаю, что IT-отрасль — это не про политику и не про национальную принадлежность. Здесь делают бизнес и создают технологическую картину будущего, поэтому во многих организациях можно встретить китайцев, индусов, американских и русскоговорящих коллег.

Павел Черкашин: В инженерной среде у выходцев из России безупречная репутация. Выпускники физтеха здесь так же высоко ценятся, как выпускники Стэнфорда и других престижных школ. Русская речь распространена в исследовательских отделах практически всех крупнейших технологических компаний, за любым технологическим прорывом обязательно есть пара русских или украинских имен.

В Долину стекаются таланты и деньги со всего мира, и в обществе выработался очень высокий уровень толерантности: дискриминация по национальному признаку в отношении любого участника общества здесь воспринимается как дикость.

О влиянии санкций на работу россиян

Александр Процюк: Санкции ощущают гиганты типа «Газпрома», мы же работаем в стартап-индустрии, где компании слишком малы, чтобы на них обращали внимание. С другой стороны, те, кто работает здесь, запускают местные американские компании либо международные компании, которые объединены зонтичным брендом, в котором роль России вообще не отслеживается.

Здесь ощущается новое веяние децентрализации, и это мотивирует создавать в первую очередь международные продукты для международного потребителя.

Павел Черкашин: Проблемы возникают с российскими деньгами. Любой банк, компания (включая стартапы) должны обеспечить соответствие законам США в плане санкций. Соответственно, бывает проще не связываться с русскими вообще, чем проверять все детально.

Вопросы из разряда: «Докажите, что никто из ваших сотрудников никогда не ездил в оккупированный Крым» (реальный вопрос от банка) могут быть довольно проблематичны чисто с практической точки зрения. Но когда средства уже прошли проверку и подтверждены американским банком и репутацией, то больше вопросов не возникает.

 

Читайте также на ForumDaily:

Как казах попал в американский Forbes и начал одевать миллиардеров Кремниевой долины

Личный опыт: почему белорусские программисты больше не хотят работать в США

Как продать себя в Америке: россиянка о переезде в Сан-Франциско и секретах построения бизнеса

Как выходец из Узбекистана бросил Уолл-стрит и начал бизнес в России

Получите самые важные новости в свой мессенджер, подписавшись на ForumDaily, а также читайте нас в Telegram, Google+ и Facebook. 

 

Разное бизнес Наши люди Кремниевая долина


 
1035 запросов за 3,122 секунд.