Как крушение самолета с 3 тоннами марихуаны изменило жизнь в Йосемити

Фото: Depositphotos

В 1976 году в национальном парке Йосемити рухнул контрабандистский самолёт с тремя тоннами марихуаны. Когда об этом узнали хиппи–экстремалы, в Йосемити началась настоящая лихорадка.

Участники этого события рассказали Men’s Journal о том, как оно изменило их жизни.

Джону Глиски казалось, что кто–то пытается его убить. Эта мысль терзала его, когда он позвонил своей жене Пэм из отеля в Лас–Вегасе.

Джон Глиски.
Фото: Rick Schloss

Время между рейсами для Глински было сущей пыткой: когда он оставался один, в его голову начинали лезть разные мысли. После звонка жене он отправил посылку для их дочери — игрушечный чайный набор. Позже тем же вечером он пошёл поужинать в стейкхаус, где случайно встретил старого армейского приятеля. Они просидели в баре до поздней ночи, вспоминая службу во Вьетнаме за очередным бокалом дорогого скотча — как они по воздуху доставили украденный джип в ангар в Куангтри и как были на волосок от смерти под огневым обстрелом. Глиски смеялся, но, несмотря на кажущуюся дружелюбность, он был на взводе: тогда он обнаружил повреждённую прокладку масляного фильтра левого двигателя своего самолёта. Он знал, что дело было не в обычном износе.

На следующее утро Глиски со своим коллегой и единственным пассажиром Джефом Нельсоном отправился в аэропорт Мак–Каррана. Там их ждал монстр с двумя двигателями — Howard 500. Этот самолёт мог взять на борт 5000 литров топлива, что позволяло ему совершать длительные перелёты на высокой скорости. Как только они взлетели, Глиски повернул на юг в сторону Мексики. Он пересёк границу и полетел в Нижнюю Калифорнию, где приземлился на грунтовой посадочной полосе. Позже под покровом ночи группа людей погрузила три тонны мексиканской марихуаны. Это была разновидность мощной синсемильи, травы высшего сорта, выращенной американским синдикатом, известным как Mota Magic. Она была расфасована в 18-килограммовые джутовые мешки.

Глиски и Нельсон взлетели, не дожидаясь рассвета, 9 декабря 1976 года. Вернувшись в воздушное пространство США, они летели по краю побережья, чтобы все, кто отслеживал самолёт, считали, что это административный самолёт, направляющийся в Сан-Франциско или Сиэтл с большими шишками на борту. Пролетев половину штата, Глиски отключил ходовые огни и резко повернул в сторону материковой части, снижаясь, чтобы оставаться незамеченным. Пролетая над малонаселённым сельскохозяйственным районом Калифорнийской долины, самолёт быстро достиг предгорья Сьерра–Невады. В лучах лунного света Howard 500 огибал скалистые склоны, словно морской дьявол.

Рон Ликинс вместе с коллегой завершили свою рабочую смену в знаменитой Йосемитской гостинице Ahwahnee, они грузили в машину вещи, чтобы уехать на выходные.

Персонал в Ahwahnee был крутым: это были молодые ребята, которые жить не могли без скалистых гор долины, где Бог, кажется, потерял всякое ощущение пропорций. Большую часть года официанты жили в брезентовых палатках 4х4 метра с другими сотрудниками низшего звена. Палатки были неплохо обустроены, в них были масляные обогреватели и дощатые полы, также сотрудники не платили за душ и бесплатно получали горячее питание в столовой; этими привилегиями они иногда делились с хиппи и скалолазами, которые приезжали на микроавтобусах из Сан-Франциско, Беркли или Лос-Анджелеса, чтобы оторваться и насладиться природным великолепием.

Ликинс и его друг припарковались там, куда снегоуборочные машины не доезжали. Они надели свои снегоступы и перед выдвижением составили прямой маршрут через извилистую дорогу, самый быстрый возможный маршрут вверх по склону горы. Они прошли около 12 километров и потеряли счёт отметкам на деревьях, указывавшим путь. Ликинс съехал в крутую впадину. В самом её центре расстилалось озеро Лоуэр Мерсед Пасс, 25 тысяч квадратных метров воды, которые не отмечены на большинстве карт. Ликинс начал осматривать местность, чтобы понять, куда двигаться дальше, и наткнулся на что–то необычное. Издалека ему показалось, что это был подвесной мост между двумя заснеженными соснами. Подобравшись ближе, он понял, что это крыло самолёта. На снег всё ещё стекало гидравлическое масло из изношенного привода. Вокруг не было никаких других обломков или признаков крушения самолёта, словно крыло оторвалось, а самолёт продолжил лететь дальше. Уже темнело, и они решили разбить там лагерь. Утром к ним присоединились друзья, следовавшие за ними по следам. Они уже были под кислотой. Все вместе они продолжили восхождение на вершину.

Зима обычно была спокойной, но Йосемитские рейнджеры работали круглый год. Всегда находился кто–то, кого нужно было спасти — какая–нибудь группа «нетрадиционных посетителей», термин, которым служащие парка обозначали хиппи и скалолазов, курящих травку и разбивающих палаточные лагеря в запрещённых местах. В один январский день официант Ahwahnee зашёл в лесничество, чтобы сообщить об упавшем самолёте.

«Эти парни хоть знают, где они были?», — спросил Тим Сэтника у своего товарища по службе, пока водил пальцем по карте, на которой были отмечены известные места крушений, висевшей на двери его офиса. Сэтника, руководивший поисково–спасательными операциями, был не намного старше парня, сообщившего о крушении. Он был представителем нового поколения рейнджеров, которое совмещало скалолазание, плавание с аквалангом и кемпинг в дикой природе с передовыми техниками правоохранительной деятельности. Опасные рейнджеры, как их называли, были всему обучены, начиная от разведки и работы под прикрытием до привычных обязанностей судмедэксперта. Они были представителями закона в Йосемити, городе–государстве в сердце суровой калифорнийской дикой природы.

Сэтника связался с координационным центром спасательных операций ВВС, чтобы узнать, поступали ли им сообщения об исчезновении самолёта. Он продиктовал оператору серийный номер крыла, что повлекло за собой цепную реакцию. Служба национальных парков ещё не успела собрать команду рейнджеров, как четыре федеральных агенства уже начали соперничать друг с другом, кто быстрее получит доступ к месту крушения. Национальное управление безопасности перевозок (НУБП) и Федеральное Авиационное Управление (ФАУ) заинтересовались упавшим самолётом, а УБН и таможенная служба заинтересовались грузом, который, по их мнению, был на борту. Таможенники отправили из Сан–Диего вертолёт Хьюи времён войны во Вьетнаме, чтобы доставить агентов и рейнджеров на место крушения. Звук вертолетных лопастей эхом разносился по широкой долине, когда тот приземлился в Эль Капитан Медоу. Все в Йосемити знали, что случилось что–то серьёзное.

С воздуха был виден растянувшийся на километр след обломков от упавшего Howard 500, который словно стрелкой указывал в сторону озера Лоуэр Мерсед Пасс. Покрытое льдом и небольшой толщей снега озеро было лысиной на белом пейзаже. Лишившись крыла и хвостовой части, которые повисли на деревьях, фюзеляж самолёта перевернулся и, пробив лёд, утонул. С момента крушения в декабре прошло уже больше месяца, и озеро успело сново покрыться льдом, похоронив самолёт и всех, кто был на его борту. Несколько мешков валялись вдоль береговой линии. Некоторые из них раскрылись при ударе с землёй, оставив след растительного материала на снегу.

Так как самолёт находился на территории службы национальных парков, следствием руководило Управление правоохранительной деятельности Йосемитского национального парка. Полковой рейнджер с ухоженной стрижкой, которого звали Ли Шекелтон, взял на себя руководство и приказал своим парням вместе с вооруженными агентами таможенной службы прочесать территорию, собрать мешки марихуаны и сложить их в кучу около вертолётной посадочной площадки на заледеневшем озере. Несколько мешков застряли во льду и торчали словно гниющие пни. Общий улов вытянул почти на тонну. Представители таможни и УБН помогли составить перечень вещдоков.

«Это была тяжёлая работа: нам приходилось бензопилами вырезать эти мешки марихуаны, которые застряли во льду, — вспоминает Сэтника. — Они были тяжёлыми, мокрыми и порванными. Мы резали лёд бензопилами, и, как понимаете, надолго их не хватало. Мы достали только те мешки, что могли разглядеть под толщей льда, потом мы загрузили их в вертолёт и полетели обратно».

После этого рейнджеры прорезали отверстие для команды водолазов. Плавать с аквалангом на такой высоте и так сложно, но то были самые ужасные условия, в которых доводилось работать руководителю команды Бутчу Фарби.

«Вода была мутной из–за авиационных и гидравлических масел, — вспоминает Фарби. — Видимость была минимальной, когда самолёт погрузился в воду все оторвавшиеся от него куски алюминия всплыли на поверхность и заледенели, так что металические обломки были не только на дне».

Водолазам удалось извлечь ещё несколько мешков марихуаны, которые они передавали на поверхность через прорубь. Из Фресно доставили специально нанятого профессионального водолаза, чтобы он извлёк тела, но даже он не смог пробраться через обломки вокруг кабины пилота.

В долине рейнджеры разгрузили мешки и внесли их в перечень вещдоков. Йосемитская тюрьма для краткосрочного заключения располагалась на втором этаже пожарной части, мешки было решено сложить в камеры.

Мешки в камерах были сложенны стопкой почти до потолка, вскоре камеры затопило водой от таяния замерзших мешков. Поток воды был забит листьями и другим растительным материалом. Пожарные располагались на этаже снизу и страдали от затопления.

Зеленоватая вода стекала прямо на диспетчерский стол. Измотанные рейнджеры начали переносить десятки мешков со второго этажа тюрьмы в морозильную камеру хранения на соседнем складе службы национальных парков, где те хранились на протяжении нескольких недель.

На берегу озера Шекелтон получили сообщение о том, что надвигается мощный штормовой фронт. Представители пяти правоохранительных органов провели почти неделю, обыскивая эту область, описывая все обломки и собирая всю марихуану, которую только могли найти. Проведение полномасштабной спасательной операции по извлечению фюзеляжа и предположительно находящихся внутри тел в зимних условиях не обсуждалось. Привозить сюда необходимую тяжёлую технику было дорого, а работать на льду в таких погодных условиях — рискованно. Все считали, что надвигающийся шторм отрежет их от города, поэтому Шекелтон предпочёл не оставлять своих рейнджеров на посту у озера. Было решено прекратить работы на месте происшествия до весны. В первую неделю февраля вертолёт доставил обратно в долину последнюю группу рейнджеров, успев до начала урагана.

Жене Джона Глиски Пэм приснился зловещий сон. В нём она видела перевёрнутое вверх ногами тело своего мужа в кабине самолёта.

Когда Джон не вышел на связь, после того как позвонил ей из Лас–Вегаса, Пэм обратилась в полицию и рассказала им обо всём.

УБН охотились за Глински на протяжении нескольких лет. В их разведывательных отчётах он был призраком. В одно мгновение он на минуту оказывался в поле зрения их самолётов, а в следующее — растворялся в воздухе. Несмотря на её сотрудничество, УБН не предоставляло Пэм никакой информации в течение нескольких дней. В отчаянной попытке разыскать своего мужа она арендовала самолёт и отправилась на его поиски. Она сказала, что наняла пилота, чтобы лететь низко от земли по маршруту Джона. Они садилась на каждой взлётной полосе, она подходила с вопросами к самым подозрительно выглядящим людям, каких только могла найти. Никто из них не мог припомнить, чтоб видел американского пилота, похожего на Джона.

Наконец, после нескольких недель молчания ей позвонил агент и сообщил о самолёте, найденном в Йосемити. Пэм затем позвонила единственному человеку из окружения Джона, которому она могла доверять — его адвокату Джеффу Стейнбергу. Ей нужно было знать, что происходит, и действительно ли Джон мёртв. Стейнберг не питал особой любви к своему клиенту Джону Глински, о котором он отзывался как о мерзавце. Но у него были чувства к Пэм — за несколько лет до этого они были любовниками — поэтому он прилетел из Сиэтла и взял напрокат машину. Он снял комнату в гостинице рядом с парком и провёл три дня в барах и ресторанах, держа ухо востро. Подслушивая разговор пилота УБН о ходе расследования, Стейнберг заполнил для себя несколько пробелов. Фюзеляж был всё ещё на дне подо льдом, а вместе с ним тела и наркотики, которые ещё не удалось извлечь.

В свою последнюю ночь в Йосемити неподалёку он заметил горящий костёр на площадке для кемпинга. Он скрутил косяк с первоклассной тайской травкой и пошёл в сторону кемпинга. На площадке он обнаружил десяток молодых ребят, собравшихся вокруг костра. Он пустил косяк по кругу. Не представившись, он рассказал им захватывающую историю о самолёте, который забит марихуаной.

«Я знал, что Джон Глински и Джефф Нельсон мертвы, — вспоминает Стейнберг. — Мне просто пришла в голову идея, что кто–то должен скурить всю ту травку, которую они везли из Мексики».

Поиски марихуаны

Слухи разлетались очень быстро: о том, что самолёт колумбийский и принадлежал мафии, что всё это часть засекреченной программы правительства. Он был забит травой и кокаином, а ещё наличными. Это была ловушка, миф, джек–пот всей жизни. Как только адвокат уехал, все голодранцы Йосемити начали планировать свой поход в бэккантри.

Зимой в кемпинге жили около 20 скалолазов. Среди них были члены команды скалолазов «Стоунмастерс». На территории кемпинга у них было особое положение. Они были легендами стенного восхождения. Но были и другие, юнцы, такие как 17–летний Чак Стратер, приехавший в Йосемити из Сакраменто за несколько недель до этого. Сдав выпускные экзамены в средней школе, он отправился в Йосемити, чтобы воплотить мечту всей своей жизни: подняться на Эль–Капитан. Стратер смотрел на скалолазов Стоунмастерс, словно они были богами. Их присутствие давало ему больший стимул покорить Эль–Капитан и сделать для этого всё необходимое. В тот момент больше всего ему нужны были деньги на покупку снаряжения, и он решил, что финансовые проблемы можно решить, продавая травку.

Несколько членов команды Стоунмастерс оказались там среди первых, они знали маршруты и были хорошо подготовлены, чтобы сорвать джек–пот. Обратно они возвращались по извилистой тропе с огромными рюкзаками, на лицах у них были озорные улыбки. Они прятали свои нелегальные находки в палатках и тайниках недалеко от кемпинга.

В начале апреля Стратер с друзьями решили отправиться на озеро Лоуэр Мерсед Пасс. Втроём они вышли к началу пути до Моно Медоу. Рюкзаки у них были практически пустыми:

«У меня был спальный мешок и куртка. На мне были теннисные кроссовки. Мы планировали быстро смотаться, поэтому еду мы тоже не взяли». Они переправились через ледяную реку и забрались в бэккантри — ими двигал адреналин.

Нижняя часть озера Мерсед Пасс расположена под завалуненным полем, окружённым с трёх сторон деревьями. Когда они приблизились к пункту своего назначения, то увидели разбросанные вдоль берега спальные мешки и одежду. Те, кто прибыли сюда раньше, оставили ненужные вещи и снаряжение, чтобы освободить больше места в своих рюкзаках. Дальше лежала куча примитивных инструментов — палки и колья, странные фрагменты обломков и даже топор. Во льду былы прорублены десятки отверстий. Изнурённые дорогой и замерзшие Стратер с друзьями разбил лагерь и разжёг костёр на берегу. На озере они начали прорубать толстый лёд.

От мороза они стали ощущать жгучую боль в руках. Когда они пробили лёд, Стратер вернулся на берег и увидел топливопровод среди разбросанных обломков, которые оставили после себя рейнджеры. Он согнул трубу буквой Г и просунул руку в ледяную воду. Он почувствовал запах топлива в озере. Вскоре от нащупал что–то твёрдое в двух метрах от скважины. Достать мешок было очень тяжело. Друзья тянули изо всех сил, и в итоге мешок выскочил на поверхность. Вверху он был зашит. Сбоку был трафаретный рисунок с изображением листа марихуаны. Он был обвёрнут в три слоя полиэтилена, но содержимое всё равно было мокрым. Часть мешка пропиталась самолётным топливом.

Нервно хихикая, они прикинули размер своего улова и быстро разделили его поровну между собой. Марихуана была в первом списке наркотических веществ, и учитывая количество, которое они взяли, им светил уголовный срок. Прежде чем они оставили это место, там появилась ещё одна группа. У одного из прибывших была с собой здоровая монтировка, которую он украл у подрядчика в парке. Нанося удар за ударом, этот здоровяк в итоге пробил лёд. Как только он это сделал, тяжёлая монтировка выскользнула у него из рук и пошла ко дну озера, оставив лишь небольшое отверстие. Когда Страдер с друзьями начал выдвигаться в обратный путь, здоровяк схватил топор, который там был, и продолжил кромсать лёд.

Их рюкзаки быстро пропитались влагой, и вода начала стекать по ногам. С наступлением ночи на ранцах образовались сосульки. Небо заволокло облаками, и пошёл снег. Так они пешком вернулись в кемпинг.

В скромные времена, когда травка была ценным товаром, возможно, был шанс сбыть большую часть стафа прямо в парке. Но к апрелю 1977 года Йосемити купался в ганже. Люди называли новую травку «самолётом» или «рухнувшей». Смешанная с остатками авиатоплива она иногда вспыхивала и трещала при курении — брала она жёстко.

Стратер знал, что им нужно вывезти её из парка. Друзья забили передний багажник одолженной машины травой. То, что не влезло, они разложили на заднем сиденье и отправились в Лос–Анджелес, где у одного из друзей был знакомый наркодилер.

Далеко они не уехали.

«Мы только проехали Йосемити Уэст, и вдруг у нас спустило шину. Мы медленно доехали до бензоколонки в Окхерсте, что всего в 80 километрах от кемпинга. К машине подошёл служащий автозаправки. «Вам заменить покрышку?», — спросил он, прежде чем отскочить от машины, от которой несло травой”, — рассказал Страдер.

Скалолазы доехали до центра Лос–Анджелеса после полуночи и ждали там связного, который так и не появился. Было уже поздно, поэтому они решили переночевать в спальных мешках в кустах неподалёку. Проснувшись утром, Стратер увидел вокруг себя столпившихся детей. Оказалось, что они переночевали на школьной площадке.

Весь день трио пыталось разыскать дилера, но травка в багажнике становилась плесневелой. Они скинулись, чтобы снять номер в отеле. Съездив в магазин стройматериалов, они разложили сырые мешки на брезент и включили нагревательные лампы.

Выловленный мешок марихуаны

Стратер убедил своих товарищей убраться из Лос–Анджелеса. Они поехали в пустыню недалеко от Палм-Спрингс и нашли там место недалеко от дороги, где можно было высушить траву. Потом они отправились в область залива Сан–Франциско и нашли там человека, который купил у них часть травы. За наличные Стратер купил билет на автобус до своего родного города, что недалеко от Сакраменто, и там отдал свою долю одному школьному другу.

«Я сказал ему: «Продай за сколько сможешь, часть возьми себе, и что останется, отдай мне». Я не барыга — этот страшный опыт раскрыл мне глаза», — признался он.

К пасхальным выходным слухи разошлись за пределами парка, и люди начали приезжать на микроавтобусах из Фресно, Сан–Хосе и Беркли. Рон Ликинс, официант, который первый обнаружил крыло, знал, что что–то не так, когда скалолазы начали оставлять ему щедрые чаевые. Он корил себя за то, что был так близок к джек–поту, но прошёл мимо него.

«Когда наступила весна, я стал слышать обо всех этих историях. Так как я был тем парнем, который нашёл крыло, я сказал себе, что должен туда пойти. Так один раз я взял рюкзак, в котором были лишь спальный мешок, топор для льда и пластиковые пакеты. Мы отправились посреди ночи», — рассказал он.

На пике этой так называемой «золотой лихорадки» на озеро за один день приходило по 20 человек.

С таким количеством посторонних атмосфера становилась напряженной, особенно учитывая то, что туда ехали и преступники.

Рейнджеры в то время тоже не спали. Руководитель поисково–спасательных операций Тим Сетника начал слышать различные намёки от скалолазов, с которыми он работал и с которыми был в хороших отношениях. Дорожные бригады стали сообщать о необычной плотности движения недалеко от озера Моно. Наёмный водолаз, который помогал осмотреть озеро, в феврале позвонил офицеру Бутчу Фараби из своего магазина в Фресно и сообщил о внезапном скачке спроса на аренду экипировки для подводного плавания. Ребята, которые раньше никогда не занимались дайвингом, внезапно захотели научиться плавать с аквалангом и именно в Йосемити.

Всем немногочисленным жителям Йосемити было очевидно, что что–то изменилось. Вдобавок к тому, что скалолазы разбрасывались деньгами, несколько из них, те, что раньше подбирали еду из мусорных баков, купили себе подержанные автомобили и новую экипировку. В кемпинге неожиданно появилось новое альпинистское снаряжение. Стратер на заработанные деньги купил себе экипировку, с помощью которой поднялся на Эль–Капитан четыре раза в 1977 году.

Непредвиденные заработки могли достигать 20 000 долларов, что в 1977 году было бешеными деньгами.

После рейда рейнджеры запретили посещать территорию озера.

13 апреля, которое впоследствии назовут «Большой средой», шестеро вооружённых рейнджеров сели на борт вертолёта Хьюи и отправились Лоуэр Мерседе Пасс, чтобы застигнуть там всех врасплох. Рейнджеров разместили вдоль трасс по дороге от озера, чтобы они ловили сбегавших людей. Клевенджер и его товарищ были единственными, кого арестовали. Рейнджеры должны были сообщить федеральному следователю парка о задержании на следующий день, но арест был аннулирован из–за нарушения надлежащей правовой процедуры. Никого по делу об озере не осудили.

После осады двоим рейнджерам, служившим в армии, выдали сухпайки и снаряжение и отправили охранять озеро. Эти двое прожили в палатке 17 дней. Они соорудили растяжки из жестяных банок и держали свои пистолеты наготове.

Операция по извлечению фюзеляжа из озера

В течение двух месяцев рейнджеры несли вахту на озере. Полные надежд новички приезжали, надеясь найти озеро, полное травки. Некоторые из них были ужасно плохо подготовлены к весеннему походу на большой высоте. Одна группа блуждала целую неделю почти без еды, прежде чем, наконец, не наткнулась на погонщиков скота.

Только к середине июня озеро оттаяло достаточно, чтобы провести спасательную операцию. 16 июня местная спасательная команда начала извлекать из воды фюзеляж самолёта. Во время операции на поверхность озера всплыло тело Джеффа Нельсона. Тело Джона Глиски было связано ремнями внутри кабины пилотов, прямо как это видела в своём сне Пэм Глиски. Причина крушения так и не была установлена.

Перевод текста подготовило издание Interpreted.

Читайте также на ForumDaily:

Бары с марихуаной стали новым американский свадебным трендом

Производитель марихуаны купил город в Калифорнии

Легальное употребление марихуаны: что нужно знать

Трава в законе: как курение марихуаны влияет на ваш организм

Читайте новости от ForumDaily и полезные советы от Woman.ForumDaily в «Фейсбуке». Также следите в соцсети за событиями в Майами, Нью-ЙоркеСан-Франциско Bay Area и Лос-Анджелесе и подписывайтесь на рассылку, чтобы не пропустить главное.

 

В США марихуана крушение самолета Йосемити